Соня, которая и не белка, и не мышь

Данное животное, в общем-то, так и можно было бы описать одним выражением, сказав, что это нечто среднее между белкой и мышью. Хотя, это, конечно, было бы неточно, а самое главное, не отражало бы основную цель создания и распространения данного грызуна. Того самого, который явно был сотворён, как паразит фруктовых деревьев. Такой вывод можно сделать не только на основании того, что это существо любит и умеет легко лазать по ветвям деревьев и кустарников в поисках вкусных плодов и семян, не гнушаясь при этом птичьими гнёздами, а ещё и потому, что с наступлением холодов, его организм начинает впадать в оцепенение, обычно называемое спячкой. Что, как раз и выглядит, как функция самой настоящей синхронизации жизненных циклов этого млекопитающего и древесной флоры, способной плодоносить. При низких температурах ягоды и фрукты не созревают, вот и соня, как ни странно, тоже становится заторможенной, дожидаясь потепления. С приходом которого, она начинает всё активней патрулировать ветви и прочие заросли в поисках поживы.

Вследствие чего, становится видна «забота» наших далёких предков о, судя по всему, таких же, как они человеческих существах, коих они обрекали на жизнь в дикой природе. Чётко виден продуманный механизм преследования человека, постоянно вынужденного искать пропитание, в данном случае, касающийся такого источника пищи, как фрукты и ягоды. Совершенно очевидно, что сонь придумали для атаки именно на этот вид людской еды. Ведь весь образ их жизни состоит в том, чтобы искать и поедать всё, что выросло на деревьях и кустарниках, которые можно назвать плодовыми. В данном случае поражает дотошность наших праотцев, которые могли бы возложить эту, скажем так, миссию на тех же белок, ну или на мышей. Однако, нет. Они специально создали нечто среднее между ними, да ещё и увязав жизненную активность сконструированного животного с периодом бодрствованием плодоносящей флоры. От чего сразу становится понятно, насколько же этим людям нечем было заняться, кроме как производить всё больше проблем для своего собственного мира, явно испытывая от этого всё более нездоровую, поглотившую их страсть. Сони, сам факт существования этих зверьков интересен, прежде всего, именно с этой, сугубо социальной, человеческой точки зрения. Он заставляет всерьёз задуматься о том, что, как же всё-таки непросто взбираться вверх по пути цивилизационного развития, отчётливо при этом понимая, что упасть можно с любой высоты, по ходу дела так много всего испортив, что просто ого-го!